Грантха

из Гуру Грантха

Господь, Хар, Хар, – это капля дождя;
я певчая птица чатрик, плачущая, плачущая
о ней. О, Господь Бог, молю, благослови меня Своей Милостью, я не выживу и мгновения. Ты, Господь, есть глу-
бочайший и бездонный океан; я не могу найти даже следа Твоих пре-
делов. Ты самый далё-
кий из далёких, без-
граничный и трансцен-
дентный; о, Господь Мастер, только Ты Сам знаешь Своё состояние и Своё пространство.

5. Глава о знакомстве [с Богом] (1)

5.1. Кабир: свет Бесконечного – это свет множеств восходящих солнц.
Красавица (2) пробудилась возле [своего] Супруга, [и] великолепное зрелище предстало [пред ее взором].

5.2. Удивительное зрелище [увидела красавица] – без солнца и луны [вокруг] был чудесный свет (3).
Поглощенный служением [своему] Господину, слуга безразличен [ко всему остальному].

5.3. Как можно [словами] передать [красоту] света Парабрахмы? (4)
Сказанному [никто] не поверит, увидеть [эту красоту] – вот доказательство.

5.4. Недоступен, невидим, недосягаем; там, [где находится Всевышний], всегда свет.
Там, где почитают Кабира (5), не отличают греха от добродетели.

5.5. Оставив ограниченное (6), я стал безграничным – обрел вечное жилище.
[Я увидел] лотос, который цветет без цветов (7), его может лицезреть [только] самый доверенный слуга.

5.6. Кабир: душа стала пчелой (8) [этого] лотоса [и] нашла жилище.
[Я увидел] лотос, который цветет без воды, его может лицезреть [только] самый доверенный слуга.

5.7. Внутри [моего сердца] расцвел лотос, там поселился Брахма.
Душа-пчела – жадно устремилась туда: [эту тайну] могут понять [только] святые, [постигшие Божественную суть].

5.8. Нет Океана и раковины, нет и капель [дождя] Свати (9).
[Говорит] Кабир: [однако] Жемчужина зародилась вершине шуньи-крепости (10).

5.9. В теле [моем] появился Недоступный, а в Недоступном поселилось [мое] тело.
[Говорит] Кабир: [я] встретился [с Господом] – гуру указал [мне] этот путь.

5.10. Солнце растворилось в луне (11), [и теперь] оба живут вместе.
Исполнилось желание души – такова [моя счастливая] судьба.

5.11. Оставив ограниченный [мир бытия], я достиг Безграничного и совершил омовение в шунье.
[Даже великие] муни (12) не получили дворца, в котором Кабир построил [свою] обитель.

5.12. О человек! Смотри на карму (13) Кабира – такова моя счастливая судьба.
Невидимого, чьего дворца не достигли муни, [я] сделал своим другом.

5.13. В сердце появилась любовь, пробудилась извечная связь [души и Бога].
Рассеялись сомнения, пришло счастье – [я] встретил Возлюбленного.

5.14. В сердце появилась любовь, [все] внутри [у меня] озарилось сиянием.
Рот полон аромата мускуса (14), [и повсюду] распространилось благоухание от слова [«Рама»].

5.15. Моя душа соединилась с душой Всевышнего и достигла неба, [обители Его].
[Она] увидела лунное сияние без луны – там жилище мого Господина, Ниранджаны (15).

5.16. Моя душа (16) соединилась с Богом (17), а душа Бога слилась с моей душой.
Так соль растворяется в воде, а вода исчезает в соли (18).

5.17. Вода превратилась в лед, лед [же], растаяв, превратился в воду.
Что было, то прошло: сейчас невозможно сказать, [что исчезло, а что осталось].

5.18. Хорошо, что меня обуял страх [перед рождениями] – я забыл [обо] всем вокруг.
Град, растаяв, стал водой, [она] потекла и влилаcь в озеро (19).

5.19. На базаре выставили драгоценную Жемчужину, и воры (20) завладели ею.
О Господин, сжалься надо мною – теперь я никогда не встречусь ни с кем другим.

5.20. Душа-птица улетела в небо, а тело [ее] осталось на чужбине.
[Она] без клюва выпила воду, забыв этот мир бытия (21).

5.21. Душа-птица улетела в небо и достигла обители Бога.
Слово-стрела [истинного гуру], пронзившее небо, звучит у нее в ушах.

5.22. Любовь к Господу все равно, что размышление [о Нем], а размышление ведет к единению с Господом.
Любовь и поминание соединились – теперь раскрылись врата обители Бога.

5.23. Любовь к Господу растворилась в размышлении, произнесение [имени Бога] – в поминании.
Видимый растворился в Невидимом.

5.24. [Я] пришел в этот мир, чтобы созерцать множеств [различных] форм [мирского бытия].
«О святой,— говорит Кабир: перед моим взором предстал Несравненный».

5.25. Все части тела полны [Всевышним], а в душе нет стойкости.
Говорит Кабир: «Как встречу Господина, если [наши] тела разделены?»

5.26. Постиг истину, обрел счастье, полноводна река-сердце.
Все грехи [мои] легко (22) исчезли, как [только я] встретил Господина.

5.27. «[Если даже] не будет ни земли, ни неба, ни воздуха, ни воды, ни звезд,
То [все равно] будет Хари и слуги Хари», – roворит Кабир в раздумье.

5.28. В тот день, когда не было иллюзорной вселенной (23), не было ни базара, ни торговли.
[Но] был Кабир, слуга Рамы, который созерцает видимый и невидимый мир.

5.29. Обрел постоянство, душа стала стойкой – истинный гуру оказал мне помощь.
Он рассказал историю Единственного, в [моем] сердце [поселился] властитель трех миров.

5.30. Соединился с Хари, [и] остыл (24), исчез жар заблуждений.
Дни [и] ночи утопаю в радости, [с тех пор] как Ты появился внутри [меня].

5.31. Душа внутри тела [обрела] покой, [но] внешне [это] состояние невозможно выразить.
Пламя превратилось в воду, и [она] затушила огонь страстей.

5.32. Познал сущность [Всевышнего], забыл о теле, когда душа сосредоточилась [на Раме].
Жар прошел, [я] остыл, когда совершил омовение в шунье (25).

5.23. Тот, кто обрел [Всевышнего], исполнен восторга – [он] отведал вкус [сока Рамы](26).
Получил редкую Жемчужину, [которую] мир тщетно ищет.

5.34. Кабир: сердце стало стойким (27) [я] получил плод Всевышнего (28).
[Я] искал [его] в океане, [а] Алмаз попал [прямо] в руки.

5.35. Когда был я, то не было Хари; сейчас есть Хари, но нет меня.
Исчез мрак [невежества], когда [я, взяв] светильник [прозрения], заглянул внутрь себя.

5.36. Тот, кого я искал, пошел мне навстречу.
[Но] не отличается чистотой супруга, [а] Возлюбленный чист (29) – как я могу коснуться [его] стоп?

5.37. Того, кого я искал в другом месте, нашел в своем доме.
Он стал моим [Другом] – кого позову другого?

5.38. Кабир: увидел одну часть — о величии [ее] невозможно рассказать.
Знакомство [со Всевышним]—словно [ослепительный свет параса] (30), [которым] наполнены [мои] глаза.

5.39. [Озеро]-сердце наполнено [чистой] водой бхакти, лебеди (31) резвятся в нем.
[Они] клюют жемчуг спасения (32): отныне [они] никуда не улетят [отсюда].

5.40. Грохочет небо, идет дождь амриты (33), цветут банан и лотос [тысячелепестковый] (34).
Там почитают [Бога] Кабир или преданные слуги.

5.41. Храм без фундамента, Божество без тела,
Там поселился Кабир и служит Невидимому.

5.42. Двери, ведущие в храм, узки, подобно кунжутному семени (35).
Есть листья, вода [и] почитающий [Всевышнего].

5.43. Кабир: расцвел лотос, взошло безупречное солнце.
Мрак ночи исчез, [повсюду] звучит рог [любви].

5.44. Звучит рог [любви], струится амрита— [я] получил знание Брахмы.
Внутри проявился Всевышний, [зто состояние] — размышление о любви [к Всевышнему].

5.45. Небесный колодец (36) перевернут отверстием вниз, панихари (37) из колодца [черпает воду].
Эту воду (38) пьет лебедь, мало подобных ему, думающих [о Боге].

5.46. Кто смотрит в сторону Шивы и Шакти (39), [тот] видит [лишь] столб пыли на западе.
Лев построил [себе] жилище на воде, [а] рыба взобралась на пальму.

5.47. Излился дождь амриты, пророс Алмаз, раздается ясный звук [рога любви].
Ткач-Кабир стал Пророком [и] без страха перешел [океан бытия].

5.48. Что может сделать себялюбие, если любовь отворила врата [к Богу]?
Достиг встречи с Милосердным – боль превратилась в радость!

Комментарий

(1) о знакомстве [с Богом] – в тексте parisaya (букв. ““знающий”, “знание”, “знак”, “признак”, “особенности”, “знакомый”). У Кабира “знакомство с Богом” означает внутреннее откровение, своего рода мистическое ощущение единства бхакта с Богом.

(2) красавица – душа преданного бхакта; “супруг” – олицетворение Божества. Здесь традиционная для бхактов (а также для суфиев) аналогия между стремлением к Богу и любовным влечением и отождествление союза с Богом – с брачным союзом. Ср. “Глава о прекрасной [возлюбленной]” (52).

(3) чудесный сеет – Кабир проповедовал любовь к Божеству, не имеющему никаких форм, лишенному каких-либо качеств (ниргуна); он не признавал Раму как персонифицированное (сагуна) божество.

(4) Парабрахма – букв, “дальний”, “отдаленный”. В индийской философии имеет также вертикальный смысл: “высокий”, “небесный”, “божественный”; у Кабира – эпитет Всевышнего, Абсолюта.

(5) Кабир – араб. “великий”, у мусульман – один из постоянных эпитетов Аллаха, которым поэт пользуется наряду с именами индуистских богов для обозначения Всевышнего.

(6) оставив ограниченное – т.е. мир иллюзий, майи.

(7) лотос, который цветет без цветов – метафора, весьма популярная в средневековой поэзии, особенно для секты натхпантх, символизирующая Всевышнего.

(8) душа-пчела – традиционная индийская метафора. Ср. в “Махабхарате” [11, с. 190].

(9) нет и капель [дождя] Свати – т.е. нет условий, при которых зарождается жемчуг. Ср. примеч. 10 (2.7).

(10) шунья (sunya, букв, “пустой”, “лишенный”) – философский термин. Например, философы Махаяны (школы мадхьямиков) в своей доктрине шуньявыда рассматривали вселенную как шунью, т. е. пустоту.

В понятиях же хатха-йоги “шунья” означает место, где реализуется состояние единства с Божеством. У Кабира шунья часто выступает как эквивалент Рамы, или обители Рамы.

(11) Согласно хатха-йоге, выражение “солнце (pingala nadi) растворилось в луне” (ida-nadi) означает состояние единения с Божеством, которое достигается путем овладения дыханием.

(12) муни (букв. “вдохновенный”) – термин, которым с ведических времен обозначались окруженные ореолом святости мудрецы и подвижники. У Кабира муни, являясь носителем ортодоксальных верований, противостоит санту, как заблуждающийся – просветленному.

(13) См. примеч. 19 (2.19).

(14) рот полон аромата мускуса – символ имени Рамы, которое вслух, губами поминает истинный бхакт.

(15) Ниранджана (nir-anjan) – букв. “непорочный”. Этот термин часто встречается в йогической литературе, где он значит “Абсолют”. В традиции секты натхов “ниранджан” – это Брахман, а также мистическое состояние, к которому стремятся йоги. У Кабира Ниранджан – эквивалент Рамы.

(16) В тексте: man – “душа” – в традиционно-философском употреблении. См. манас, примеч. 9 (2.7).

(17) В тексте: unman – Мировой дух, Абсолютная душа, именно с ним человеческая душа стремится к мистической транспозиции.

(18) Соль растворяется в воде, а вода исчезает в соли – состояние полного слияния с Божеством. Ср. подобную символику в “Чхандогья упанишаде” [48, 117].

(19) Двустишие можно истолковать так: страх перед рождениями, внушенный мне наставником в вере, заставил меня забыть весь видимый мир и обратить мысли к Раме. В результате душа моя слилась с мировым духом, подобно тому как градины, вначале существующие обособленно, затем тают и с потоком воды вливаются в озеро.

(20) Здесь, как и в (22.10), “воры”, а также “пять недругов” (13.21) и “пять пехотинцев” (45.3) символизируют пять видов дурных страстей: страсть (kama) гнев (krodhe), горячность (mada), алчность (lobha), заблуждение (moha) [75, 69]. Ср. в “Дхаммападе” (12, 121): “Отсеки пять, откажись от пяти, стань выше пяти; Бхикшу, преодолевший пять привязанностей, называется “Пересекший поток”.

(21) Образ птицы у Кабира символизирует душу человека (птица без клюва – душа), стремящуюся освободиться от мирских страстей и желаний. Ср. замечание Р. К. Шармы [116, 72]: “Движение птицы в небе выражает идею полной свободы”. Ср. в “Дхаммападе” [12, 74]: “… их удел – освобождение от желаний и условий. Его стезя, как у птиц, трудна для понимания”.

(22) В тексте – сахадж (sahaja), букв. “мистический транс”. Кабир заимствовал понятие “сахадж” у натхпантхов, но употребляет его в различных значениях В одних случаях этот термин поэт идентифицирует с Высшим божеством Рамой и состоянием полного слияния с ним, см., например, глава 21 (1-24), в других случаях мистическое понимание этого термина исключается и очо означает “легкий”, непосредственный”, “естественный”, “обыденно простой”, ср. 5.26; 13.1; 21.3. Подробно см. [50, 240]. В данном случае уместно именно одно из этих значений – “легко”.

(23) См. примеч. 21 (2.24).

(24) остыл – в смысле “обрел покой”. Познав сущность Мировой Души (Брахмана), душа человека обрела покой, отрешилась от мирских забот, порождаемых иллюзорным миром (майей), в огне которых горят суетные смертные. См. также 5.31; 5.32; 5.33.

(25) См. примеч. 10 (5.8).

(26)См. примеч. 17 (2.17).

(27) Значение выражения “стало стойким” (syabatibhayu) не совсем ясно. В одном случае оно может пониматься как svati (капля дождя Свати, благодаря которой в раковине появляется жемчуг). П. Сингх считает его производным от sabut “целый”, “полный” [59, 110]. Ш. Водевиль употребляет это слово в значении “стойкий”, непоколебимый”, “неделимый”. Ср. (121.106). Мы считаем, что syabati – искаженное sthapita, букв, “определенный”, “установленный”.

(28) В тексте: Самаратха (букв. “способный”, “могучий”, “сильный”); у Кабира -эпитет Рамы.

(29) См. примеч. 2 (5.1).

(30) парас – в данном случае философский камень, выступает как символ Рамы.

(31) Образ лебедя – символ освобожденной от мирских страстей души человека. Ср. подобную символику в “Дхаммападе” (12, 89): “Лебеди путешествуют тропою солнца; они путешествуют по небу с помощью иддхи (мистического транса.- Н. Г.). Мудрые уходят из мира, победив Мару с его воинством”. Обычно мудрый человек сравнивается с лебедем. Существует легенда, что лебеди, резвясь в священном озере Мансаровар, обрели необыкновенный дар – умение отделять молоко от воды.

(32) Здесь Кабир развивает концепцию спасения, или освобождения, заложенную в упанишадах и продолженную в “Бхагавадгите”: “освобождение” достигается через преданную любовь к Всевышнему. Верховное божество “освобождает” адепта от тягостных уз земного существования и тем самым спасает от вечного колеса перерождений.

(33) См. примеч. 28 (2.31).

(34) Согласно йогической символике, небо, небесный свод – это шунья, где очищается амрита. Лотос тысячелепестковый и банан у Кабира символизируют Божество.

(35) Соотнося размер двери с кунжутным семенем – традиционным символом мизерности, Кабир подчеркивает, насколько трудно стать истинным бхактом и достичь слияния с Божеством. Вторую часть двустишия надо понимать так. У человека есть все, что необходимо для почитания Всевышнего: дары,
приносимые Божеству (“листья”, “вода”), и он сам – почитающий (“пуджана-хар”). Здесь отражена основная доктрина философии бхакти, согласно которой Бог внутри человека, а не в местах паломничества и храмах. В “Адигрантхе” [11, 58] вместо “дверей”, ведущих в храм, – двери спасения.

(36) Согласно системе хатха-йоги, “небесный колодец” (сахасрадал, или шунья-мандала) – точка, находящаяся в верхней части черепа, где реализуется состояние единения с Божеством, достигаемое благодаря контролю над дыханием.

(37) панихари – букв. “черпающий воду”, “водонос”.

(38) эту воду – имеется в виду раса (санскр. rasa). См. примеч. 6 к гл. III, “Введения”.

(39) Видимо, Кабир имеет в виду тех, кто почитает Шиву и Шакти, т.е. сторонников шактизма и шиваизма. Он считает их поведение неестественным (“лев на воде”, “рыба на пальме”), особенно при сопоставлении с амритой бхакти (5.47).

Bookmark and Share